Колумнист WSJ Кимберли Стрэссел: победа Абдула Эль-Сайеда на праймериз в Мичигане — ещё один симптом того, что Демократическую партию всё сильнее тянет влево, а её лидеры вместо открытой борьбы с этим трендом предпочитают маскировать «социализм» под «прогрессивизм».
Смогут ли демократы устоять перед «социалистическим» соблазном?
Колумнист WSJ Кимберли Стрэссел: победа Абдула Эль-Сайеда на праймериз в Мичигане — ещё один симптом того, что Демократическую партию всё сильнее тянет влево, а её лидеры вместо открытой борьбы с этим трендом предпочитают маскировать «социализм» под «прогрессивизм». Бинарный выбор «быть или не быть социалистом», по её мнению, — не главный вопрос для демократов, но именно он всё глубже топит партию в проблемах, связанных с фигурой Абдула Эль-Сайеда.
Волна «демократических социалистов»
Эль-Сайед во вторник победил на праймериз в Сенат от штата Мичиган — ещё один кандидат, идущий под флагом Демократической партии, но по взглядам близкий к социалистам. Автор перечисляет, что самопровозглашённые демократические социалисты уже обходили действующих конгрессменов или получали номинации на выборы в Палату представителей в Нью-Йорке, Колорадо, Пенсильвании и Мичигане; они управляют Нью-Йорком и Сиэтлом и скоро добавят к этому списку Вашингтон. Фаворитом праймериз на пост губернатора Висконсина на следующей неделе, по данным колонки, является социалистка Франческа Хонг, которая заявляла о желании упразднить полицию и назвала День благодарения «болезненным» праздником.
Отступление от ярлыка
Большинство в демократическом лагере понимает, что этот «социалистический крен» — крайне неудачный политический ход, и даже сами кандидаты пытаются от него дистанцироваться. Программа Эль-Сайеда фактически совпадает с повесткой сенатора Берни Сандерса: государственное здравоохранение, отказ от пограничного контроля, конфискация богатств, критика Израиля, климатический алармизм, структурные изменения, нацеленные на состав Верховного суда, и всеобщие бесплатные госуслуги.
Ьлизкие к левым СМИ на этой неделе активно избегали слова «социалист» применительно к Эль-Сайеду, предпочитая называть его «прогрессистом». Лидер сенатского меньшинства Чак Шумер, по утверждению колонки, направлял значительные средства в поддержку соперника Эль-Сайеда, пытаясь уберечь партию от ярлыка «социалистической» в мичиганской гонке; когда это не сработало, Шумер стал представлять повестку Эль-Сайеда просто как ещё один оттенок либеральной политики — доказательство «широты шатра» демократов.
Сам Эль-Сайед в финале кампании, по словам автора, тоже отдалялся от ярлыка: подчёркивал, что не является платным членом организации «Демократические социалисты Америки» (DSA), и несколько раз повторял «я не социалист», прежде чем объяснить, почему стране нужен социализм и «общие ресурсы». Аналогично поступил Уилл Лоуренс, победивший на праймериз по седьмому избирательному округу Мичигана: он уверяет избирателей, что его членство в DSA «истекло» в последний месяц.
Что стоит за платформой DSA
Автор утверждает, что все они понимают: слово «социализм» плохо продаётся в Америке — за исключением части разочарованной молодёжи. По её характеристике, официальная платформа DSA носит откровенно большевистский характер: она призывает к «общественной собственности» на крупные корпорации и «стратегические отрасли», «агрессивным налогам на богатство», сокращению финансирования «Департамента войны» (так автор иронично называет Пентагон), созданию «общественного социального жилья», полной отмене полиции и тюрем, упразднению Сената и подчинению Верховного суда и президента Конгрессу. Обещание «бесклассового» «мира без войн и бедности», по мнению колумнистки, перекликается с риторикой всех провалившихся социалистических экспериментов в истории, каждый из которых заканчивался однопартийной диктатурой.
Стрэссел отмечает, что взгляды DSA со временем становятся только радикальнее, и указывает на то, что организация, несмотря на десятилетия существования, никогда не выдвигала кандидатов под собственным партийным брендом, хотя слово «демократические» в её названии звучит красиво. По её версии, именно поэтому Сандерс баллотируется в Вермонте как «независимый», а сама DSA использует троцкистскую тактику «энтризма» — проникновения небольшой радикальной фракции в крупную партию для распространения своих идей и получения выборных должностей. Автор подчёркивает: это не аналог движения «чаепития» в Республиканской партии, которое требовало от республиканцев верности собственным заявленным принципам ограниченного государства. Демократические социалисты, по её мнению, напротив, стремятся демонтировать давние позиции Демпартии по регулируемому капитализму, обороне США и поддержке институциональных норм — и заменить их управлением в духе Уго Чавеса.
Вывод колумнистки
Стрэссел задаётся вопросом, почему партия допускает эту ситуацию, и отмечает, что пока единственным её инструментом противодействия остаются финансовые вливания в соперников социалистических кандидатов — и это не срабатывает, поскольку избиратели настроены антиистеблишментски, недовольны высокими ценами, экономической неопределённостью и политическим тупиком и хотят перемен, а единственные демократы, предлагающие хоть что-то новое (пусть и, по её оценке, пугающее), — это социалисты.
По мнению автора, партия больше десяти лет находится в реактивном цикле противостояния Трампу и, боясь задеть свою крайне левую базу, молчит, вместо того чтобы отстаивать традиционные демократические ценности и критиковать социализм, — и в результате продвигает социалистов вместо того, чтобы опираться на наработки центристских аналитических центров, пытающихся создать для партии обновлённую повестку, способную привлечь широкий круг избирателей.
Тот факт, что Эль-Сайед победил на праймериз лишь с небольшим отрывом, автор трактует как свидетельство того, что многие демократы хотят «энергии Эль-Сайеда» без её крайностей. Стрэссел заключает: если лидеры демократов хотят спасти партию от «социалистического поглощения», им придётся набраться решимости и сделать это самим — рассчитывать на помощь со стороны не приходится.
